Степанов Ипполит Семенович

Явился в комиссию 19 июня 1767 г. ^[3],^[4].

На 7 заседании Комиссии, 14 августа 1767 г., вторник, был баллотирован в комиссию о разборе наказов. Получил 140 избирательных и 317 неизбирательных голосов ^[5].

На 9 заседании, 21 августа 1767 г., принимал участие в обсуждении наказа, данного депутату Каргопольского уезда от черносошных крестьян Василию Белкину ^[6] , и сказал, «что крестьяне Каргопольского уезда ленивы и отягощены, утороплены и упорны. Если же у них недостаточный урожай в хлебе, то им полезнее заниматься хлебопашеством, чем другими промыслами, по этому и не следует увольнять их от работы с апреля месяца. По прочим статьям Каргопольского указа Верейский депутат предлагал, не дозволять крестьянам продавать свои земли; на каждые 2000 душ определить досмотрщика, на всякой почту назначить комиссара и, наконец, содержание мостов возложить на тех обывателей, которые живут в ближайшем от них расстоянии. <…> По окончании чтения всех <…> мнений и замечаний маршал вызвал Капорского депутата от дворянства графа Григория Григорьевича Орлова, который объявил ему, что Верейский депутат от дворянства г.Степанов в возражении своем сделал два противоречия: во-первых, назвал крестьян Каргопольского уезда ленивыми и отягощенными, чего вместе быть не может, и во-вторых, уторопленными и ленивыми, каковые свойства также одно с другим не согласуются. К сему граф Орлов прибавил, что подобные названия, относящиеся ко всем вообще крестьянам, не должны быть употребляемы при обсуждении дела, и он полагает, что выражения сии, обращенные в порицание всех крестьян, были помещены по ошибке писца, а не по мнению депутата. Может быть он хотел сказать, что только некоторая часть крестьян имеет означенные недостатки, ибо между всякого рода людьми есть хорошие и дурные. В заключении Копорский депутат сообщил маршалу, не признает ли он нужным спросить у Верейского депутата, справедливо ли высказанное им предположение, что в мнение сего депутата вкрались ошибки писца, как ему это кажется. <…>. Все, сказанное Копорским депутатом, было немедленно записано и маршал, прочитав собранию это мнение, спросил у него, согласно ли оно призвать Верейского депутата к объяснению. Собрание изъявило на это свое согласие, и г. Степанов по призыве его отвечал, что требуемое от него объяснение он сообщит письменно»^[7].

На 16 заседании, 3 сентября 1767 г., понедельник (10.00 – «третья четверть первого часа»), «Читано изъяснение г-на депутата Верейского от дворянства Ипполита Степанова на поданной голос от г-на депутата Капорского графа Григория Орлова. В нем написано, что он в поданном от него голосе не о всех, но о большей части крестьян разумеет и примеченное им в нравах крестьян изъяснить почел за должность» ^[8].

На 18 заседании, 5 сентября 1767, среда (10.00 – «в исходе первого часа»), баллотирован в "частную Комиссию о правах всем и каждому особливо, или разделении государственных чинов, т.е.: дворян, мещан и земледельцев". Получил 94 избирательных и 345 неизбирательных голосов ^[9].

На 24 заседании, 17 сентября 1767 г., понедельник (9.45- «вторая четверть первого часа»), был баллотирован в «Юстицкую» комиссию. Получил 138 избирательных и 256 неизбирательных голосов ^[10].

На 25 заседании Комиссии, 17 сентября 1767 г., согласился с возражением депутата от Ярославского дворянства кн. М.М. Щербатова, поданным на мнение депутата от города Енисейска Степана Самойлова. Оба касались законодательства о дворянстве, читавшегося на 21 заседании, 11 сентября 1767 г. К возражению кн. М.М. Щербатова И. Степанов добавил, что «губернаторам в Сибирской губернии не дозволено производить в дворянское достоинство, потому что оно, кроме самого государя, никем иным пожаловано быть не может»^[11].

На 26 заседании Комиссии, 21 сентября 1767 г., согласился с возражением депутата от Ярославского дворянства кн. М.М. Щербатова на голос депутата Днепровского пикинерного полка Якова Козельского ^[12].

На 66 заседании Комиссии, 22 ноября 1767 г., высказал свое опровержение на мнение депутата от Кромского дворянства А. Похвиснева, представленное последним 19 ноября на 64 заседании Комиссии . И. Степанов представил, «что купцы обязываются векселями для прибыли, а дворяне по нужде, и что последствия, происходящие от писания векселей дворянами, часто служат к их разорению. За тем он сообщил свое мнение, чтобы дворянам разрешено было занимать деньги по аттестатам и брать имения их под заклад в банки, которые на сей конец необходимо устроить в провинциях. Объясняя подробное свое об этом мнение и почитая закладные вредными, он думает, что по изложенным им правилам и купцу можно одолжать дворянина». Согласился с мнением депутата от дворянства Любимского уезда, касавшимся привилегий Лифляндской, Эстляндской и Выборгской губерний ^[13].

На заседании 21 февраля 1768 г. передал депутатские полномочия брату, капитану Степанову Петру Семеновичу^[14].

05.07.1762 г. переведен поручиком в Нарвский карабинерный полк^[2];

12.11.1763 г. отставлен "на свое пропитание по манифесту о вольности дворянской и за слабостью здоровья" подпоручиком ^[2];

отставной ротмистр ^[1];

ротмистр ^[15], (на 1763 г.)^[2].

Другой источник указывает, что Степанов, несмотря на то, что А.Беньовский характеризовал его как человека вздорного, пьяницу, спорщика, скандалиста, завистника и честолюбца, был на самом деле личностью значительной. В Большерецком бунте 1771 года он играл роль идеолога. В Чекавинской гавани на Камчатке Степанов составил документ, в котором обличал Екатерину II, порицал её абсолютизм. Согласно этому источнику, он не остался в Японии, а жил в Лондоне. По пути беглецы обогнули и Азию и Африку, совершив грандиозное путешествие [9]. Императрица простила его и предложила вернуться, но Степанов отказался [10].

• пустошь Божино, Верейский/Можайский у., Московская губ. (Крапивенского стана)^[15];

• сц. Иевлево, Верейский/Можайский у., Московская губ. ^[15].

Саратовская губ.:

• Дмитриевка, Саратовская губерния [11].

Степанов Руф Семенович (Руфий), 1745-1828, Москва. В 1774-1781 межевщик в Саратовской конторе Канцелярии опекунств иностранных. Занимался устройством 1 колонии гернгутеров в Саратовской губернии, где у него были поместья. В 1792 и до конца жизни надворный советник. Похоронен на 6 участке кладбища Донского монастыря в Москве. Сын АРКАДИЙ ок. 1779-1822/3. [14],^[14].;

дядя по матери Дурново Степан Михайлович, генерал-майор, бездетный^[18]

Уже на Камчатке письменно изложил причины своего недовольства работой Уложенной комиссией (см. текст) ^[20].

«Новые законы сочинять депутаты хотя и собраны, с тем, чтобы пояснять об тягощениях обществу, и полагать свои мнения. А как собрались, тогда дали наказ и обряды. И всего посмотрите: какое депутаты имеют право на себя законы полагать, когда недалее велят трактовать, как то единое, что в Наказе написано, следственно не сами они на себя полагают закон, и велят повиноваться тому, что пристрастию угодно, требуют, что дела продолжают, и чрез того отягощение чувствуют, а Наказ повелевает оные неторопно решить. Народ от того не получает правосудия. Что апелляций много и к до государя доступу не имеют: а Наказ еще больше прибавляет судебных мест, а полновластие не мало ни ограничивается.» <...> «А в России начальники единое только имеют право делать людям несчастие… » « <…> должно с сожалением сказать, сколь нещастлив народ российский <…> не получает облегчения, а всего больше усиливается начальник, а не закон.» «Народ российский терпит единое тиранство.» «Понеже в России не только крестьяне, но и дворянства малейшая часть обучается наукам <…> Вот притчина рабства, что богатый человек имеет случай угнетать бедных людей. Ежели он и мало знает законов, то судьи ему за деньги помогают растолковать сему бедному народу в пользу богатого Указы, а богачи их исходатайствуют от Сената в свою пользу.» «Государь есть — человек, а особливо такой, каков был Борис Годунов <…> » « <…> теперь, когда дворянство мало просвещено, не имеет сил и не позволено пешися о своем Отечестве, а каждый старается только в том сделать подлым образом от начальника милость и чин. А получа оный быть вредом народным, понеже в сем чине жалованье само беднейшее, кто вышней у нижнего отнять властен и отрешить от должности.» «Грабя народ и из общественной казны богатящиеся, из-за неправосудия наказания не получающие, оканчивают жизнь благоденственно <…> невзирая, что Отечеству вредно.» « <…> всякий знает, что в России за истинную заслугу Отечеству ни о ком еще народу неизвестно. И кто награжден был, кроме как Шуваловы проекты об гнании вина и соли <…> Да за убийство государей своих и нарушение присяги ныне прославлены. И из таких людей, которые не только делом, но мыслями Отечеству не доказали полезного и к высоким делам допущены <…> » «Есть самым доказательством Камчатская земля: какое попечение имеет правительство о народе. Народ данной натуральную наклонность имел к добру, и никаких обманов между ним не было, а еже <ныне> непорядочные законы и самовластие начальников не только к злым обычаям вредным интересам приучены. Поморены оспою в 768 году. Понеже о сех болезнях они никаковых понятиев не имели, а правительство не предуведомлено, ни лекарей никаких в таком отдаленном месте не заведено, и о том им не растолковано. Когда не сохранять их, то зачем же тратить государственные интересы, но и более терять национальных <русских> людей для сыскания и завладения дикого народу, а оставить лучше с их обычаями <…> » цитата по: [15] (Вахрин, С. Встречь солнцу / С. Вахрин ; авт. предисл. Сергей Тимошенко. — Петропавловск-Камчатский: изд-во "Камшат", 1996. — 350 с.).